Александр Родченко

9 вопросов о фотоискусстве к Александру Родченко

А . М.Родченно. Автошарж. 1Э22 Фотомонтаж. Как известно, многие предметы, которых касались когда-либо жившие люди, могут много рассказать о своих владельцах, об их привычках, вкусах. Не говоря уже о работах художников, фотографиях и негативах профессиональных фотографов. В нашем культурном пространстве сегодня одновременно сосуществуют совершенно различные эпохи и стили.

И потому нет ничего удивительного, в том, чтобы однажды, открыв объектив фотоаппарата Родченко или увидев конверт с его негативами, представить себе такой разговор современного критика с фотомастером:

Вопрос: Александр Михайлович, что для Вас фотография: профессия, увлечение, или призвание?

В 1923-1924 годы фотомонтаж натолкнул заняться фотографией. В первых фото - возвращение к абстракции. Фото - почти беспредметные. На первом плане стояли задачи композиции. Переснимал готовые фотомонтажи, снимал недостающие сюжеты. 11925-1926 годы - время ЛЕФа - разрушение старой фотографии. Борьба за фотографический язык для показа советской темы, поиски точек съемки, агитация за раскрытие мира средствами фотографии, за факты, за репортаж. Первые статьи в журналах "ЛЕФ" и "Советское кино". Ставлю перед собой задачу: показывать предмет со всех сторон и главным образом с такой точки, с которой его еще не привыкли видеть. Ракурсы, трансформации. Это не было ошибкой, это было нужно, и это сыграло положительную роль в фотографии, освежило ее, подняло на новую ступень1. Я снимал здания Москвы, стеклянные предметы напросвет, чуть позже - технические детали автомобиля по заданию журнала "Даешь!". В 1932 году издательство "Изогиз" даже заключило со мной контракт на съемку фоторепортажей о Москве. Мы выпустили целую серию открыток.

Когда я начал заниматься фотографией, бросив живопись, я не знал тогда, что живопись наложила на фотографию свою тяжелую руку2.

Мне казалось, что у фотографии есть свои выразительные средства и она переживет живопись. В начале 1920-х годов я бросил живопись и занимался рекламой, проектировал мебель, делал книжные обложки. Фотография стала для меня современным техническим средством выражения.

1-я и 4-я стороны обложки книги В. Маяковского "Сергею Есенину". Тифлис, 1926
1-я и 4-я стороны обложки книги В. Маяковского Сергею Есенину 1-я и 4-я стороны обложки книги В. Маяковского Сергею Есенину 1-я и 4-я стороны обложки книги В.Маяковского Разговор с фининспектором о поэзии 1-я и 4-я стороны обложки книги В.Маяковского Разговор с фининспектором о поэзии
1-я и 4-я стороны обложки книги В.Маяковского "Разговор с фининспектором о поэзии". Тифлис, 1926


Вопрос: Известно, что в апреле 1924 года к Вам в мастерскую приходил Владимир Маяковский. Чем Вы занимались - играли в любимую игру лефовцев "Ма-Джонг" или рисовали очередной рекламный плакат на его текст, показывали ему обложку журнала "ЛЕШ", который Вы оформляли, или просто так разговаривали?

Маяковский приходил сниматься. Не знаю, почему, но я предложил всем своим знакомым по журналу "ЛЕФ" и группе ]писателей и критиков Левого фронта искусств сделать их портреты. В нашей мастерской были архитектор Александр Веснин 'и режиссер массового действия Алексей Ган; конструктивист Антон Лавинский, которого я в шутку снял на фоне раскрытой книги с фотографическими "ню" и живописец Александр Шевченко, на котором я попробовал двойную экспозицию; Любовь Попова, конструктивистка, текстильщица и театральный художник; приходили Лиля Брик и Осип Брик. В конце 1920-х я снял Николая Асеева, Сергея Третьякова, Александра Довженко. Маяковский тоже пришел сниматься. Он был очень доволен, что накануне выиграл в Ма-Джонг ручку у критика Михаила Левидова и эта ручка была у него в нагрудном кармане пиджака как трофей. Я снял Маяковского сначала во весь рост в пальто и шляпе с ворохом черновиков, потом крупно лицо, потом он скинул пальто и позировал на стуле на фоне стены моей фотолаборатории, которую я построил в начале 1924 года. Всего я снял 6 фото в моей мастерской:
1. Поясной портрет с папиросой. 2. В шляпе, до колен. 3. В шляпе, в рост, с руками (не печатался]. 4. Голова в фас. 5. Сидящий по колени. 6. Стоящий в рост.
Все это снято 9x12, "Бертио" F.6,3, на советских пластинках. Печатал первый особенно много в нашей печати и экспонировал на выставках за границей3.

Вопрос: Многие критики позже отмечали, что по таким портретам можно написать целые книги. Когда Вы их первый раз выставили?

Это было в 1937 году на Всесоюзной фотовыставке. Первая публикация состоялась раньше. В 1926году в Закавказском издательстве в Тифлисе вышло несколько сборников Маяковского, которые я оформил: "Разговор с фининспектором о ----- поэзии", "Сергею Есенину" и "Сифилис". На обложке "Разговора" я вставил Маяковского во весь рост у стола фининспектора, а на обратной стороне сделал фотомонтаж - огромная голова Маяковского и летающие вокруг нее самолеты. Я печатал эти портреты особенно много после смерти Маяковского - все журналы и газеты просили портреты.

3 мая 1930 года я написал обращение в редакции "Прожектор", "Красная Нива", "Пионер", "Синяя блуза", "Молодая гвардия", "Искусство в массы", "Книга и революция" внести гонорар в фонд тракторной колонны "В.В.Маяковский"4. Позже для библиотеки-музея В.В.Маяковского напечатал все эти портреты в большом формате и отвирировал в коричневый тон.


1 А.Родченко. Перестройка художника,- "Советское фото", 1936, №5-6
2 Эта фраза приводится дословно по статье: А.Родченко. Пути современной фотографии.- "Новый ЛЕФ", 1928, №10
3 Последний абзац с перечислением фотографий цитируется по тексту Родченко "Работа с Маяковским",- Александр Родченко. Опыты для будущего. М., 1996, с.231 *
4Информация из текста Родченко "Работа с Маяковским" - Александр Родченко. Опыты для будущего.М., 1996.

Продолжение